Инициативы в области устойчивого развития, КСО (корпоративная социальная ответственность) – мировые тенденции и практика в России


ГОСТИ:
Ольга Зубкова
президент ассоциации «Тетрадка дружбы», организатор уникального международного кинофестиваля социального видео «ЛАМПА»

Ирина Жукова
директор по корпоративным программам и устойчивому развитию аффилированных компаний Philip Morris International в России

Я.Розова― В студии Яна Розова. Здравствуйте! Моя гостья — Ольга Зубкова, президент ассоциации «Тетрадка Дружба», организатор уникального международного фестиваля социального видео «ЛАМПА».

О.Зубкова― Здравствуйте!

Я.Розова― Ирина Жукова, директор по корпоративным программам и устойчивому развитию аффилированных компаний Philip Morris International в России.

И.Жукова― Здравствуйте!

Я.Розова― Тема эфира: Инициатива в области устойчивого развития, корпоративная социальная ответственность, мировые тенденции и практика, в том числе, и в нашей стране.

В связи с этим я не могу не спросить вас о том. как давно это направление стало для компании одним из приоритетных и что вы вкладываете в это понятие?

И.Жукова― Для нас, честно говоря, это направление стало приоритетным достаточно давно, потому что понятно, что когда ты работаешь в компании, а компания является частью сообщества, то не делать что-то для того сообщества, в котором живут и работают ваши сотрудники, наверное, это уже неправильно.

И сейчас мы видим, что этого от нас ожидают наши инвесторы, этого ожидают наши сотрудники, которые приходят на работу и спрашивают, а что еще компания делает для того, чтобы помогать людям, которые живут и работают в тех местах, где у нас фабрики; какие инициативы в области экологии мы делаем, что мы делаем для того, чтобы жизнь сотрудников была интересней и лучше. Мы видим, что этого от нас ждет общество, мы видим, что этого от нас ждут наши сотрудники, поэтому это направление сейчас достаточно быстро развивается не только у нас, но и во всем мире.

Я.Розова― Это потому что модно?

И.Жукова― Это потому, что ты не можешь без этого уже никак дальше жить, потому что это про то. как ты делаешь сегодня свой бизнес. Есть финансовая сторона вопроса, условно говоря, что бизнес получает. И есть то, что называется устойчивым развитием — это все, что касается нефинансовой: как вы достигаете. Если сотрудникам хорошо, если вы понимаете и минимизируете ваши аспекты, связанные с экологическими вопросами, если вы понимаете, как помогать местным сообществам, то есть бизнес становится частью решения важных социальных проблем. Это, может быть, экологические, это, может быть, социальные. По-другому сейчас уже нельзя.

Я.Розова― Это во всем мире, да?

И.Жукова― Да. Это не то, что, может быть, мы такое придумали, иностранный бизнес принес. Нет, это история которая уже достаточно давно развивается и существует. И есть серьезные ожидания от бизнеса. Буквально в конце прошлого года около 150 американских компаний подписали такую декларацию, которая говорит о том, что цель существования корпорации — не только достигать прибыли, а также участвовать в жизни сообщества. Это теперь уже четкая и понятная история. Точно так же, как и российский бизнес многий.

Мы знаем, что иногда это наследие еще советское, когда наши большие компании в моногородах поддерживают еще и социальную инфраструктуру. Но очень много сейчас делает бизнес и по собственной инициативе.

Мы не работаем в моногородах, у нас всего лишь две фабрики, но в тех местах, где мы живем, где наши фабрики, мы считаем, что очень важно помогать еще осуществлять какие-то социальные программы.

Я.Розова― Это в Ленинградской области…

И.Жукова― В Ленинградской области и в Краснодаре.

Я.Розова― Сколько всего сотрудников сейчас трудится?

И.Жукова― У нас сейчас 3,5 тысячи сотрудников. И они у нас не только на двух фабриках. У нас есть сто офисов от Калининграда до Владивостока.

Я.Розова― А вы опекаете членов семьи сотрудников?

И.Жукова― Вы знаете. все члены семьи у нас очень активно участвуют в наших программах. Мы очень активно развиваем волонтерство. Волонтерство, в принципе, на мой взгляд, у нас получилось шаг большой сделать после Сочинской Олимпиады, когда слово «волонтер» стало популярным, по крайней мере, известным.

Я.Розова― На это стали обращать внимание.

И.Жукова― И первая у нас была очень интересная история. Буквально в 15-м году коллеги, которые представляют ровно половину нашей организации — 1700 — приехали в Сочи, и у них было там такое обучение. И во время этого обучения коллеги сказали: «Вы знаете. мы не хотим, как раньше проводить какие-то тимбилдинги или специальные мероприятия. Мы хотим что-то хорошее сделать».

И на тот момент, действительно, была проблема. Это была проблема в орнитологическом парке в Имеретинской низменности. Он был затоплен и Министерство природы Краснодарского края нам сказало: «Хорошо. Хотите — помогите нам». И вот наши 1700 наших сотрудников 3 дня там работали. Мы высадили 1600 деревьев, 32 скамейки и продолжаем шефствовать…

Я.Розова― Побороли?

И.Жукова― Побороли, да. Продолжаем шефствовать над этим парком, потому что это очень важно. И когда коллеги разъехались уже по своим городам, они сказали: «Давайте еще что-то делать». И в волонтерских акциях, которых у нас в прошлом году прошло около 40 — экологических акций — конечно, участвуют и сотрудники наши и члены их семей. И помимо того, что они делают хорошие дела, это есть возможность и с семьей тоже пообщаться.

Я.Розова― Волонтерство подразумевает добровольчество и бескорыстие. Но чтобы добраться до места, где мы можем помочь, нужны все равно деньги, оплатить хотя бы дорогу. Компания как-то помогает волонтерам?

И.Жукова― Безусловно, да. Помогаем организовывать эти мероприятия. Потому что понятно, что если вы хотите что-то сделать хорошее и доброе, то надо не самим придумывать, в какой парк нам пойти, это, конечно, прежде всего, нужно…

Я.Розова― Договориться с администрацией.

И.Жукова― С администрацией договориться. Нужно, чтобы был очень хороший партнер некоммерческая организация, которая может даже помочь. Вот мы в прошлом году в «Лосином острове» тоже сажали деревья. Даже обучить людей сажать деревья, чтобы потом их не пересаживать. Не все умеют.

Я.Розова― Закупить тот же материал необходимо.

И.Жукова― Это, безусловно. Все равно это есть затраты. Но эти затраты несопоставимы с тем, что ты получаешь взамен в качестве мотивации сотрудников, в качестве их желания, в качестве их понимания, что «мы хотим сделать что-то еще, помимо…».

Я.Розова― А вы их как-то поощряете?

И.Жукова― Нет.

Я.Розова― Еще не могу не спросить вас обеих про «Тетрадку дружбы», про которую я уже в начале заявила.

О.Зубкова― Я начну с того, что мы совершенно единомышленники абсолютно с Ириной в теме добровольчества в первую очередь. Но мы сейчас говорили о том, почему важно корпоративное добровольчество развивать. Понимаете, когда мы устраиваемся на работу — мы же сейчас люди, в информационном поле находящиеся, — мы устраиваемся теперь не только и не столько из-за денег. Мы смотрим на нашего потенциального работодателя с точки зрения того, до какой степени мы с ним одного поля ягоды. Потому что нам хочется в комфорте существовать и в эмоциональном, психологическом комфорте, в том числе.

Если мы понимаем, скажем, что мой уровень компетенций подходит, а еще, в том числе, у нас одинаковые ценностные ориентиры, и я вперед выберу эту компанию, не другую, если я сотрудник высокого ранга. То есть я выбираю себе работу и работодателя.

И корпоративное добровольчество — это на самом деле не то что модно и не потому, что у всех, а это, в принципе, все поняли, что если ты хочешь удержать сотрудника ценного, если ты не хочешь, чтобы у тебя была текучка, если ты не хочешь, чтобы сотрудники оттого, что им больше нечем заняться, кроме как работой, обсуждали, на какой ты иномарке сегодня приехал, в какой шубе у тебя жена сегодня пришла или еще что-нибудь, лучше обсуждать — слово не очень хорошее, но тем не менее, — как вы в предыдущую субботу всем своим сообществом трудовым сходили в детский дом не для того, чтобы туда отвезти ненужные игрушки или книжки, а для того, потому что вам сказали, что там очень темные стены. И кто-то делал эскизы, кто-то просто раскрашивал то, что было подготовлено…

Я.Розова― Да или пообщаться с детьми.

О.Зубкова― Да, в это время общались с детьми, попили чай. И все разговоры будут только об этом. И это объединяет лучше, чем любые «веревочные курсы» и тимбилдинги, о которых мы сегодня говорили. Потому что это часть жизни людей, потому что «я в этом, и это тоже мое».

Вот, наверное, поэтому, именно потому, что у нас одинаковые, схожие ценностные ориентиры, мы ушли в такое, на мой взгляд, достаточно долгое и очень эффективное — тоже это слово не очень люблю — партнерство и дружбу, может быть, даже так. Потому что и Ирина и я, мы, конечно, разделяем. Для нас партнерство партнерством, человеческие отношения человеческими отношениями — не всегда это должно биться. Нашли друг друга, видят взаимовыгоду — и коммерческая организация и некоммерческая организация. Но тут всё сошлось. Мы на самом деле одинаково смотрим просто…

Я.Розова― Кто на кого вышел?

О.Зубкова― Как-то это получилось внезапно. Мы проводили в Пермском крае очередной международный форум добровольцев. Надо сказать, что именно в Прикамье все эти форумы появились. Это случилось в 11-м году. Это потом стало модным, это потом стало течением, это потом стало отдельным направлением нашей жизни. А, как ни странно, именно в Перми они и стартанули.

И, проводя очередной форум международный — у нас статусные такие форумы были, — туда приехал специалист на площадку как раз таки по корпоративному добровольчеству из компании Philip Morris. А у нас в тот год, когда это всё срослось, был очень звездный состав экспертов. В том числе, там был руководитель аппарата Женевского отделения ООН Давид Александрович Чикваидзе, который приехал посмотреть на нас. Мы уже в ООН проводили массу мероприятий. И на нас решили посмотреть, что мы делаем в России-то, своими глазами уже посмотреть.

И так случилось, что в такой неформальной, но очень конструктивной обстановке у меня пообщались все наши эксперты. И по сути. нас сосватали, потому что именно представитель ООН сказал: «Вы знаете, я слышу сейчас, какие прогрессивные идеи озвучивает компания. Вам, наверное, и эту компанию тоже надо пригласить на площадку по корпоративному добровольчеству, и на площадку, которая связана с социальными инициативами крупных компаний».

И на самом деле мы поняли, что нам просто интересно, нам интересно как таким двум крупным устойчивым организациям поделиться очень важной информацией друг с другом. И сначала компания была просто участницей на площадке, на которой поделились опытом, достаточно уникальным, на мой взгляд, опытом по поводу того, как можно изменить и сам принцип деятельности компании в плане продукции, и как можно изменить отношение к сотрудникам компании для того, чтобы эти сотрудники не просто приходили на работу, а ценили те ценности человеческие, которые есть внутри компании.

Я.Розова― Про «Тетрадку дружбы» пока ничего не услышала.

О.Зубкова― У нас ассоциация так называется. В рамках деятельности ассоциации «Тетрадка дружбы» достаточно много глобальных программ.

Я.Розова― То есть это не одна история.

О.Зубкова― Это не одна история. Там наполнение глобальными проектами. Мы же не event –компания, которая нацелена только на то, чтобы создать что-то, какую-то тусовку. Нет, у нас тусовка, если ее так называть — это какая-то финальная точка в году после большой череды деятельности, которая направлена на что-то. В частности, мы сейчас заговорили о том, что мы в ООН проводим конференцию ежегодную, она называется INFOCUS то есть в фокусе этой конференции какая-то социальная проблема. Она может быть в один год выставлена, она может быть несколько раз заявлена.

Сейчас у нас заводится — она заведена уже два года была — тема инклюзии. Темой инклюзии наша ассоциация занимается очень давно, практически 15 лет. Я бывший педагог. Бывших педагогов не бывает. И тема инклюзии со мной как-то по жизни шла, несмотря на то, что я человек, у которого, слава богу, никого нет в семье, кто бы меня, скажем, подвинул к этой теме.

Я.Розова― А как вы к этому пришли тогда?

О.Зубкова― Ну, потому что я, наверное, талантливый педагог. Знаете, я сейчас так скажу: я из семьи потомственных педагогов. Я себя сейчас уже так назову, потому что мы все инклюзивны. Вот я такой месседж сказала на прошлой конференции в ООН, и мою речь практически разобрали на цитаты: мы все инклюзивны от рождения. Вы колясочница? Да. Но вы были колясочницей, правда? Вас мама возила на коляске, когда вы были совершенно беспомощны. Более того, ваша мама тоже была беспомощна в этот момент, и без коляски было сложнее.

В общем, мы с вами инклюзивны. И еще никто не даст гарантию, мы с вами в коляску не сядем, в 90 лет не поедем на ней на дискотеку какую-нибудь модерновую, просто с внуком или правнуком потусить?

Дальше. Мы с вами не застрахованы от несчастного случая, не застрахованы от серьезного заболевания. Я перенесла онкологию, и после этого в меня совсем перестали бросать камни. Потому что до этого получала иногда: «Чего ты лезешь в эту тему? У тебя же всё хорошо. Ты в ней мало соображаешь». Я много в ней соображаю, потому что у меня горизонт шире. Я не заужена на семье и на узкой проблеме. Я считаю, что формирование инклюзивного общества необходимо не для тех, на кого оно в первую очередь по традиции назначено, а для нас с вами.

Я.Розова― Правильно ли я понимаю, что Philip Morris в этом смысле — не только оказание финансовой помощи.

О.Зубкова― Нет.

И.Жукова― Я бы сказала, если позволите, взаимный обмен. Потому что мы тоже учимся у коллег из некоммерческого сектора много чему. Мы понимаем, что хотим поддержать и вложиться в решение какой-то важной проблемы.

Мы, конечно, не являемся профессионалами в этой проблеме. Тогда, соответственно, мы ищем очень серьезные некоммерческие организации, которые могут помочь и направить наши ресурсы в правильное русло. То, что Ольга говорит и про инклюзивы — это тоже в совместных наших разговорах мы поняли, когда решили развивать волонтерство социальное, потому что коллеги сказали: «Хорошо, экологическая история, а что насчет социального волонтерства?» И мы давно сотрудничаем с фондом, который помогает слепоглухим людям. И в какой-то момент мы поняли, что давайте поедем к слепоглухим людям. Опять же благодаря советам и нашему сотрудничеству мы поняли, что нам нужно сначала подготовить людей даже наших. Мы провели с помощью некоммерческой организации так называемую школу волонтера, людям объяснили, как с людьми общаться, к которым они поедут.

Я.Розова― Вы даже языку жестов, по-моему, обучили сотрудников.

И.Жукова― Да. И, честно говоря, эти все знания от нашего совместного общения… То есть мы всегда за партнерство, мы всегда за выстраивание… понимание, чем мы можем помочь, что мы можем взять. Потому что, например инклюзия, по которую Ольга говорит, для нас это тоже важно внутри компании. Мы открыты для того, чтобы к нам приходили люди с ограниченными возможностями.

Я.Розова― То есть вы представляете даже работу таким людям?

И.Жукова― Да. И это, честно говоря, — большая проблема их найти. Когда мы решили, что мы будем брать на работу инвалидов не для галочки, не куда-то где-то, чтобы они там бумажки перекладывали, а мы готовы, чтобы они были на равных с нами, были включены в процесс. Это непростая история. Это отдельный разговор. Потому что найти их достаточно сложно.

Я.Розова― А в чем сложность, извините?

И.Жукова― Я по Москве скажу. У нас есть одна некоммерческая организация… То есть, как вы ищете людей? Есть кадровое агентство, к которому вы обращаетесь, объясняете, что вы хотите. Они вам подбирают. Такой истории с людьми-инвалидами нет.

Есть истории с нашими московскими департаментами социальной защиты, у которых есть списки. Не всегда люди готовы расстаться со своими льготами, привычками. То есть если ты хочешь, чтобы они были все-таки одинаково… Да, мы понимаем, что у вас есть определенные условия — сокращенный рабочий день, еще что-то, — но при этом всё остальное мы давайте будем вместе… Не всегда люди не готовы к этому.

Я.Розова― То есть сами люди.

И.Жукова― Да. Потом кто-то должен заниматься их образованием тоже. Потому что если мы хотим их себе взять, то нам до какой степени готовность нужна. У нас есть очень хорошие случаи. У нас работает несколько человек и очень успешно работают.

Я.Розова― Молодые люди?

И.Жукова― Молодые, да. Они с очень хорошим образованием приходят, с языками.

Я.Розова― То есть возможна работа и удаленно?

И.Жукова― Возможно и удаленно. Но там есть много нюансов. Сейчас, в принципе, бизнес становится к этому более открыт. Некоммерческий сектор, который помогает их находить, он тоже более к этому открыт. Может быть, я немножко преувеличиваю степень проблем…

Я.Розова― А сколько у вас партнеров некоммерческих?

И.Жукова― Мы работаем, наверное, с 15 общественными организациями по разным направлениям. Вот с Ольгой мы как раз работаем — поддерживаем международное направление, кинофестиваль «ЛАМПА», про который мы попозже поговорим. И для нас очень важно, что есть такая площадка в Перми, которая обсуждает проблему добровольчества, потому что все равно это важно. Одна история — мы обсуждаем в Москве. Потом мы обсуждаем в Перми. И это способствует тому, что появляются новые компании, которые готовы это делать.

Я.Розова― Я просто к тому, как найти друг друга. Хорошо, у вас звезды сошлись с Ольгой очень удачно.

О.Зубкова― Нет, если говорить о том, что ждать, чтобы звезды сошлись… На самом деле есть компании крупные и средние, да мелкий бизнес, устойчивые НКО — вот я подчеркиваю: устойчивые НКО, нас интересуют НКО не однодневки, не которые зарегистрировались под гранты президентские или региональные. Нас интересуют некоммерческие организации, которые стоят на низком старте к социальному предпринимательству. Они производят продукты и услуги, которые уже на выходе практически даже из некоммерческого сектора в другую область.

Может быть, поэтому еще много точек соприкосновения, потому что это такие пахари и те и другие, и они почти в одном поле. Так вот есть площадки в России — они же есть, — куда стоит поехать, потому что там точно случатся коммуникации. Там открытое пространство, никто никого не прячет. Не так, что VIP какая-то зона и всех туда быстренько после…

Я.Розова― То есть вы в этом смысле вы тоже помогаете друг другу?

О.Зубкова― Конечно. И устойчивые НКО на самом деле не закрыты, они не боятся конкуренции. Они делятся контактами.

Я.Розова― Я вычитала в интернете, что впервые термин «устойчивое развитие» применили где-то в конце 60-х годов прошлого века. И с тех пор определение этого термина менялось. Что сейчас подразумевает устойчивое развитие?

И.Жукова― Это перевод, это калька, sustainable development, это перевод с английского «устойчивое развитие». Это мы просто так по-русски сказали. На самом деле это развитие организации в интересах не просто настоящих, но и будущих поколений.

Я.Розова― Это то, что «после нас хоть потом» — это как раз наоборот.

И.Жукова― Это не про это.

О.Зубкова― Мы же не любим очень системную работу. У нас же здорово акции получаются.

Я.Розова― А что вы в виду имеете — системную?

О.Зубкова― Чтобы не потерять то, что построено, — важно это надстроить потом, а не так, что ты построил и забыл, чего ты построил — и заново строишь. Про устойчивое развитие если мы говорим. Это платформу не потерять, это настраивать на актуальное и очень нужное и важное. Потому что, на самом деле — это не только в России — мы очень любим акции. Провозгласили — сделали — закрыли, Ну, или проект какой-то наметили… и вроде как всё. На самом деле мы же понимаем, что дело в том…

Я.Розова― Да, сегодня помог человеку, который страдает, нуждается в помощи — и забыли.

О.Зубкова― И забыли. Если мы сейчас говорим про систему устойчивого развития, про цели устойчивого развития, — это как раз про то, что строим, надстраиваем, понимаем для чего и как это вырастет завтра.

Я.Розова― Я не могу вас, Ира, тоже не спросить, как убедить руководство в том, что для компании необходимо выделять субсидии, потому что наверняка большие вложения?

И.Жукова― Бывают разные вложения, но нам не надо, честно говоря, никого убеждать. Мне кажется, сейчас крупный бизнес пришел уже к осознанию, что без этого нельзя.

Я.Розова― Это то, что в начале говорили.

И.Жукова― Как убеждать. Мое начальство находится очень всегда под впечатлением от наших волонтерских инициатив. Например, в прошлом году 350 человек у нас в «Лосином острове» сажали деревья вместе с руководством.

Я.Розова― Это вы рассказали.

И.Жукова― Или, например — я сказала уже — фонд «Со-единение», который мы поддерживаем, это фонд слепоглухих. И они делают потрясающие спектакли, в которых участвуют слепоглухие. Очень хороший способ, когда ты приводишь свое руководство на этот спектакль, и когда оно видит реальность, как это всё происходит. Быть частью — это правильно. Ну, может быть, у меня не такой опыт убеждения, потому что мне не надо убеждать. Это я считаю, что это одно из наших больших…

Я.Розова― Редкость это, да, сейчас?

И.Жукова― Мне кажется, что да. У меня есть возможность, например, эту энергию потратить лучше на выстраивание отношений и осмысление каких-то наших совместных историй, как идти дальше, чем ходить к руководству и говорит: «Вот нам это надо…».

Я.Розова― Но вы же не сразу этим направлением заниматься стали?

И.Жукова― Оно у нас всегда существовало. Я к нему просто присоединилась года два назад. До этого я занималась внешними и внутренними коммуникациями, и там тоже была частичка от социальной ответственности, просто мы решили, что, поскольку мы в России достаточно крупный игрок, мы хотим это делать больше. Мы сейчас делаем отчет наш нефинансовый, добровольный, в котором описываем все проекты, практики, что у нас происходит с психологическими программами на фабриках, что мы делаем с нашим мусором, как мы перерабатываем, ищем… То есть вся эта история, какие у нас есть программы по отношению к сотрудникам.

Например, похвастаться тоже, раз вы мне даете такую возможность: мы единственные в России, кто получил сертификат о равной оплате труда между мужчинами и женщинами. Но это он так называется, но по сути своей это не только то, чтобы мужчина и женщина, находящиеся на одном разряде, на одной должности получили одинаково. Это также некая система возможностей, насколько мужчины и женщины…

Я.Розова― Равные права, возможности.

И.Жукова― Есть возможности развиваться. Мы пошли немножко дальше. Потому что если вы посмотрите на исследования различных российских институтов, он говорят, что женщины в России на 25% меньше получают. Это исследования ВШЭ.

Я.Розова― А у вас — нет.

И.Жукова― У нас — нет. В России, кстати говоря, мы очень хороши в этом. То есть с точки зрения управленцев у нас примерно наполовину мужчин и женщин.

О.Зубкова― А можно мне добавить еще? Вот вы говорите о примерах. Мы сейчас практики такие услышали. Я бы еще сказала, допустим, о том, что у нас же в Пермском крае тоже проводит акцию компания Philip Morris. Ирина сказала, что мы сошлись в теме инклюзии. Она оказалась интересной для общей разработки. И у нас всегда проводились экологические акции.

А в прошлом году это была не просто экологическая акция — помощь ботаническому саду при нашем Пермском государственном университете, — это пришли дети сотрудников компании и с нашей стороны пришли их ровесники маломобильные, с особенностями здоровья. И эти ребята не просто вместе трудились в этом ботаническом саду, они потом еще чаек пили, пообщались.

Я.Розова― А Philip Morris…

И.Жукова― Мы работаем по проектам, которые больше со взрослыми. Мы поддерживаем конференцию, которую Ольга проводит в Женеве.

Я.Розова― Вы частично уже, по-моему, рассказали.

О.Зубкова― Это на самом деле уникальная история. Потому что наше НКО — так получилось — легально открыло площадку в партнерстве с самым крупным сотрудником системы ООН — это Библиотека наций. Крупнее нет, чем они, представителей в гуманитарном секторе. И сейчас Библиотека наций стоит в первой линейке, а мы как бы соорганизаторы. Это очень высокий уровень доверия и всего на свете. 10 лет, 11-й год будет, как мы проводим эту конференцию.

И сейчас будет очень удивительно, но я вам скажу: это мы открыли зеленый коридор для всех НКО мира на эту площадку. Никогда до нас туда не заходила ни одна некоммерческая организация с темой добровольчества и темой социальных инноваций, спикерами, модераторами или участниками. Они могли находиться только со своими правительственными делегациями.

И вот компания Philip Morris, поддержав нас в организации этой конференции, она, конечно, усилила очень тематику, потому что ООН не пускает туда бизнес. Где ООН, а где бизнес — это две разных поляны. И представьте, мы пробили эту историю. У нас специально выделенная линия, специальный вектор в рамках конференции с социально ответственным бизнесом, с социальным предпринимательством. Это опять Россия завела…

Я.Розова― Philip Morris выступает вашим партнером.

О.Зубкова― Конечно.

Я.Розова― Давайте продолжим и прервемся сразу после новостей.

НОВОСТИ

Я.Розова― В студии Яна Розова. Мои гости — Ольга Зубкова, президент ассоциации «Тетрадка дружбы», организатор уникального международного кинофестиваля социального видео «ЛАМПА»; Ирина Жукова, директор по корпоративным программам и устойчивому развитию аффилированных компаний Philip Morris International в России.

Мы говорим об инициативах в области устойчивого развития и корпоративной социальной ответственности. И вы частично уже упомянули, что компания Philip Morris серьезно думает о том, как защитить окружающую среду. Я вычитала, что сотрудники компании собирают дождевую воду и заполняют этим кондиционеры. Это как происходит?

И.Жукова― Я, если позволите, начну с того, что для нас, в принципе, экологическая культура — это достаточно важный аспект. И поскольку у нас есть две фабрики, то у нас достаточно серьезные программы есть по тому, как уменьшать свое воздействие на окружающую среду. И, в том числе, помимо тех программ, которые осуществляет компания, у нас есть инициатива сотрудников. И вот в Санкт-Петербурге, где дожди бывают часто, коллеги вышли с такой инициативой, что поскольку мы работаем на тем, чтобы сокращать количество потребляемой воды, почему бы одной из инициатив не сделать сбор дождевой воды и потом заправку…

Я.Розова― Это сами сотрудники предложили?

И.Жукова― Да, это сами сотрудники предложили. Сейчас же очень много мы обсуждаем мусорную реформу. И на самом деле уже давно 95% мусора, который у нас получается от производства, мы отдаем на переработку. Это была наша такая задача. Мы специально искали компании, которые имели возможность переработки.

Я.Розова― Сортировки и переработки.

И.Жукова― Мы сами сортируем. Если это картон, мы можем сами это все сортировать. Но для нас очень важно, что бы это была именно переработка, потому что для нас эта история важна.

Я.Розова― Интересно, когда люди занимаются на производстве, они переносят это потом домой?

И.Жукова― Мне кажется, да. Я могу вам мой собственный опыт рассказать. Был у меня такой опыт в жизни, которая работала в другой компании, в шведской компании. И привычку — у меня, к сожалению, она уже во взрослом возрасте выработалась — уходя, гасить свет, она мне очень всерьез… Я теперь даже в офисе за теми, кто не гасит, гашу свет, потому что, мне кажется, это очень важно.

Я.Розова― А выключаете воду, когда зубы чистите?

И.Жукова― Я выключаю. А в офисе у нас стоят специальные экраны с датчиками. И мы тоже очень активны, потому что у нас есть намерение… не то чтобы мы хотели получить сертификат «Зеленый офис», но мы просто соответствуем всем требованиям для того, чтобы наши офисы признавались зелеными. Это очень важно.

Я.Розова― То есть это переработка, это вода…

И.Жукова― Это электроэнергия. У нас, например, достаточно большой автопарк — 1500 машин. И постоянно обновление автопарка. Различные тренинги для тех, кто водит машины, чтобы это было более экологично, с точки зрения вождения и с точки зрения безопасности, потому что такие вещи они между собой связаны. Но в целом глобально как компания мы входим в так называемый А-лист по климату.

Тоже пример приведу. У нас фабрика в Краснодаре находится прямо в центре города. Это старая фабрика, построенная еще в 1943 году. Мы ее потом покупали, полностью переделывали. И в какой-то момент — это были 90-е годы — там начал очень хорошо застраиваться микрорайон. И жители стали жаловаться на запах. То есть соответствия российскому законодательству мы полностью соответствовали. Те фильтры, которые там стояли, они полностью отвечали. Но нам было понятно, что если есть запах и есть недовольство, но надо его решить. Поэтому мы за свой счет устанавливали более сильные фильтры. И сейчас если вы будете в Краснодаре и будете проходить мимо фабрики, вы ничего не почувствуете.

Я.Розова― То есть вы мониторите все время.

И.Жукова― Это было наше дополнительное вложение в окружающую среду. И в наши взаимоотношения с местным сообществом, потому что это дает нам возможность дальше работать. Если вы учитываете мнения всех заинтересованных сторон и предпринимаете какие-то действия, тогда у вас есть лицензия на то, чтобы работать.

Я.Розова― Мы поговорили о волонтерстве, мы поговорили о сотрудничестве с некоммерческими организациями. Мы поговорили о защите окружающей среды. Но корпоративная социальная ответственность — это не только три пункта, о которых мы заявили. Что еще входит в сферу деятельности компании в этом направлении?

И.Жукова― Если мы возьмем цели устойчивого развития, которые были приняты ООН, которые являются движением навстречу, дорожной картой в устойчивом развитии, то есть такая ооновская организация «Глобальный договор», которая объединяет весь бизнес, который принимает эти цели на себя и говорит: «Хорошо, ООН принял 17 целей. Какая цель для меня важна, что я как бизнес могу сделать? Первая цель — это борьба с голодом. Насколько эта цель актуальна для моего конкретно бизнеса…».

Я.Розова― Вы вбираете какие-то цели для того, что было принято ООН и развиваете.

И.Жукова― И уже делаем… Вот мы поговорили про экологию, поговорили про взаимодействие с местными сообществами, про наши благотворительные программы. Но для нас самая важная была и остается — это цель №3: вклад в здоровье и благополучие. Это разработка продуктов, которые приносят меньше вреда.

Я.Розова― Я прочитала в одном из интервью, вы сказали: «Жизнь без сигаретного дыма». Это как раз об этом, да?

И.Жукова― Это как раз об этом. Это как раз о нашей новой миссии. Мы приняли ее несколько лет назад. И мы хотим, чтобы рано или поздно люди перестали курить, потому что это вредно, и мы это понимаем, естественно.

И в этой связи я бы хотела отметить наши достаточно серьезные инвестиции в науку. Потому что для того, чтобы такие вещи сделать, безусловно, нужны очень серьезные научные знания. И 10 лет назад мы начали привлекать ученых достаточно серьезных. У нас сейчас работает около 400 ученых в двух научных центрах в Швейцарии и в Сингапуре, которые как раз такими продуктами и занимаются. И все наши научные исследования можно увидеть на сайте. Мы выкладываем их.

Я.Розова― А правда, что вот гранты какие-то еще для ученых, для студентов?

И.Жукова― Да, мы делаем такую грантовую программу уже 5 лет со «Сколтехом» здесь, в России. Мы даем гранты молодым российским ученым, котоыре занимаются системной биологией. Это такая наука, которая, в том числе, помогла нашим ученым. Это очень современная и прогрессивная область науки, которая, я уверена, принесет еще много пользы.

Я.Розова― Чтобы стать участником этой программы, надо заявку какую-то подавать?

И.Жукова― Да, это нужна заявка. Есть на сайте «Сколтеха». Есть определенные правила. Выбираем не мы, потому что для нас, как я уже сказала, для нас всегда экспертиза КНО…

Я.Розова― Ну, вы не специалисты в этой области, понятно.

И.Жукова― Поэтому так есть специальная комиссия, которая выбирает. И потом, уже в течение трех лет молодые ученые имеют возможность получать эти гранты и путешествовать или ездить на научные конференции, в общем, тратить их так, чтобы это было полезно им.

Я.Розова― Опять же в одном из ваших интервью я прочитала, что Philip Morris работает в 100 городах России.

И.Жукова― Там, где у нас есть офисы, где коллеги, которые занимаются поддержкой нашего бизнеса.

Я.Розова― И все эти программы распространяются и на эти города?

И.Жукова― Да, безусловно. Для нас тоже страна поделена для 5 неких территорий. Начинаем мы с больших городов и заканчиваем маленькими городками. И когда у нас, например, устраиваются какие-то волонтерские инициативы как-то экологические инициативы, то мы, в том числе, делаем это и в маленьких городах. И у нас есть сотрудники, которые сами проявляют инициативу и поддерживают. У нас есть так называемая «ёлка желаний», когда наши сотрудники перед Новым годом покупают подарки для слепоглухих людей, и, естественно, для тех, кто проживает в тех городах. То есть мы стараемся задействовать всех.

Я.Розова― Про науку поговорили. А проект «Статус онлайн» еще существует?

И.Жукова― Да, мы все еще его развиваем.

Я.Розова― Расшифруйте, пожалуйста.

И.Жукова― Это проект, который начался 6 лет назад, Это компьютерная грамотность для пожилых и инвалидов. И вот опять же здесь отмечу наше взаимодействие с некоммерческой организацией — это фонд «КАФ», — которое мы уже много лет осуществляем. В какой-то момент это превратилось уже не только в компьютерную грамотность, но и финансовую грамотность. Это был такой запрос с мест, потому что очень много пожилых жаловалось на различное непонимание финансовых инструментов, когда начались микрозаймы…

Изначально эта вся программа была направлена на госуслуги, на то, как записаться к врачу. А потом уже немножко больше финансовой грамотности. 32 тысячи человек у нас уже обучились.

Я.Розова― За 6 лет? Я вот не могу понять, это много или мало.

И.Жукова― Это сложно сказать. В рамках, может быть, большой страны, может быть, это не так много, но в рамках деятельности одной компании, это наверное, нормально. Это определенный наш вклад. Потому что понятно, что бизнес не может решить какую-нибудь одну социальную проблему. Такого не бывает.

Мы просто, когда начинали, мы были пионерами. И мы, проведя такой анализ, поняли, что, может быть, не всегда на тот момент хватало государственных ресурсов этого сделать, поэтому начинали в больших городах изначально. Сейчас уже хватает, может быть, ресурсов и у других компаний. Сейчас есть другие возможности у других. Но наши продолжают в тех 17 регионах, где мы работаем.

Я.Розова― А те, кому вы помогаете, они знают, что это компания Philip Morris?

И.Жукова― Для нас это не так важно, честно говоря. Для нас важно работать с правильными, эффективными НКО, для нас важно, чтобы мы это делали во взаимодействии с властью. О чем мы с самого начала говорили, если мы сами чего-то придумаем, придем и будем осуществлять, может быть, это будет не совсем эффективно. Все-таки когда мы находимся в диалоге с местной властью и понимаем, какие есть проблемы и что мы можем внести в решение этой проблемы, — для нас это более важно.

Я.Розова― Я не могу, конечно, не спросить, это просто на языке вертится и у многих наверняка возникает такой вопрос: если я вкладываю деньги в какие-то социальные, волонтерские направления, наверное, мне будет потом проще общаться с той же властью? Это так или нет?

И.Жукова― Вы знаете, сложно сказать. Мне кажется, что, с одной стороны, так. С другой стороны, это должна быть вообще совокупность твоего поведения, как компании.

Я.Розова― Если я этого не буду делать, тогда власть перекроет мне какие-то направления деятельности и затруднит мою жизнь. Я не знаю, вообще, насколько сейчас актуально сотрудничество бизнеса и власти и насколько это допустимо, насколько это применимо. Или просто без этого невозможно.

И.Жукова― На нашем примере я скажу. Потому что мы тоже с начала 90-х годов работаем. И наши, например, отношения с властью в тех городах, где у нас есть фабрики, всегда были конструктивными. И всегда на наше желание сделать что-то дополнительно — власть говорила: «Это здорово, мы очень приветствуем, вы молодцы». Но это всегда вопрос конструктивного диалога и профессионального взаимодействия.

Опять же это совокупность факторов. Поскольку мы являемся крупным работодателем, платим налоги, мы делаем что-то для местных сообществ, мы конструктивно взаимодействуем, ты всегда находишься в диалоге, ты всегда имеешь возможность высказать свою позицию. За все годы существования у нас никогда не было такого, чтобы мы не могли к кому-нибудь попасть…

Я.Розова― А изменился чиновник за последнее время?

И.Жукова― Сложно сказать. Может быть…

Я.Розова― Ольга головой почему-то качает.

И.Жукова― Я могу только сказать, что это достаточно всегда эффективно и профессионально.

О.Зубкова― То, что органы власти увидели в социально ориентированном бизнесе поддержку и партнерство, это точно. Потому что Министерство экономического развития Российской Федерации, которое у нас тоже выступало партнерами на площадке форума добровольцев или Совет Федерации, Министерство иностранных дел, с которым мы в партнерстве проводим все наши международные площадки в ООН. Ведь они знают о компании. Вот вы говорите — облегчает это или нет взаимодействие. А мы только недавно, буквально две недели назад в очередной раз услышали, что главный тренд в политике нашей страны — это социальная сфера. В очередной раз поняли, что это вот так.

А как относиться к тем, кто на самом деле в локальных сообществах помогает решать социальные задачи. А сейчас это не только НКО. Это реально формируются такие коллаборации партнерские. Если мы говорим про чиновников, меняются ли они, — я вот уже тут головой, как вы видели, помотала. А я говорю сейчас о том, что если говорить о компании, проще ли им стало — проще им стало. Потому что они на самом деле видят, что есть некие структуры, организации, которые помощники.

Я.Розова― А есть такое, что чиновники приходят в компанию Philip Morris и говорят: «У нас есть вот такое проект. Поможете?»

И.Жукова― У нас — нет.

О.Зубкова― Мне кажется, они так не делают.

И.Жукова― Нет, почему? Я знаю такие случаи, когда они делают. Но, мне кажется, здесь такая еще история важная Я ее затрону. Вот то, что мы сегодня это дело обсуждаем на многоуважаемом радио «Эхо Москвы» — это тоже очень большой, честно говоря, вклад. Потому что про корпоративное добровольчество, волонтерство и про то, какой вклад делает бизнес, не так много говорят.

Я.Розова― А почему бизнес стесняется?

И.Жукова― Есть много дискуссий на эту тему. С одной стороны, бизнес вроде как не стесняется, а СМИ не хотят об этом писать, потому что они считают это рекламой и так далее. А, на мой взгляд, даже в этом нашем диалоге сегодня есть большая возможность рассказать, что мы делаем и показать вообще другим пример: Коллеги, смотрите, можно так, и если вы будете это, вас тоже позовут и тоже спросят, что вы делаете.

И, в том числе, меняет отношение к бизнесу, потому что не секрет, все-таки к бизнесу у нас отношение, прямо скажем, не очень. А по большому счету, чтобы показать бизнес с человеческим лицом, его вклад в развитие тех же территорий… Когда мы много встречаемся на разных форумах, и я слышу примеры других компаний, я всегда думаю: Боже мой, если мы так всего много делам, то почему как-то все еще так…?

Поэтому, конечно, может быть, есть компании — не буду за всех говорить, — которые говорят: «Дайте нам налоговые льготы — мы будем делать это больше». О’кей, может быть, такие существуют, но, мне кажется, глобально основное мерило — если все-таки мы будем больше об этом говорить и увидим это не только на вашем уважаемом радио, услышим, а еще в других местах…

Я.Розова― Налоговые льготы — это же хорошо все равно.

И.Жукова― О’кей. Я знаю, что есть проблемы у продовольственных компаний, которые готовы отдавать свой продукт, который еще…

Я.Розова― Срок годности…

И.Жукова― Есть. О’кей. То есть мы можем любые проблемы обсуждать. Но если мы, в принципе, эту историю поднимаем, обсуждаем и говорим, что мы как бизнес готовы вместе с некоммерческим сектором сделать что-то больше и у нас есть такая возможность об этом рассказать, это тоже очень хорошо. Это очень большой стимул. Потому что, опять же возвращаясь к тому, как убедить своего шефа, — в том числе, и этим. Потому что если мы скажем: «Вот смотри, нас позвали, потому что наша практика интересна, потому что мы об этом имеем возможность рассказать, мы участвуем в каких-то конкурсах и получаем какие-то призы и награды за это, то есть мы имеем за это признание, — О’кей, давайте тогда пойдем дальше».

Я.Розова― То есть имиджевая составляющая, она, конечно, важна.

И.Жукова― Безусловно, да.

Я.Розова― Финальную точку я бы хотела, знаете, на чем поставить? На том, что 20 февраля нынешнего года в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке пройдет ретроспектива международного кинофестиваля социально ориентированных фильмов «ЛАМПА». Это то, за что отвечает Оля.

О.Зубкова― Отвечаю. Я сейчас немножко вернусь. Во-первых, мне очень понравилось, что вы сказали о том, что вы выключаете воду, когда чистите зубы. Потому что это ключевая история была. Помните, я сказала о том, что господин Чикваидзе приехал на «ЛАМПУ» и на форум посмотреть. Это было просто на одной площадке. И он бы так потрясен кинофестивалем, который он увидел, что, вернувшись назад в ООН в Женеву, он об этом рассказал своему шефу. В то время генеральным директором женевского отделения был господин Мюллер, датчанин, который услышал это и сказал: «Ну, давайте, может быть, у нас покажем. Они же все равно работают на нашей площадке».

И, таким образом, в 18-м году, когда у нас был объявлен Год добровольца в России, получилось так, что за 36 лет со дня вообще объявления Международного дня добровольца впервые Россия вошла в официальную программу ООН с каким-то своим мероприятием к Международному дню добровольца. И это была ретроспектива «ЛАМПА», которую мы показали в 18-м году впервые там. И люди, которые готовились, с такими папками выходили — Ирина была свидетелем — тут протокольная речь, всё согласовано, люди самого высокого ранга, и они все так закрывали папки и говорили: «Вот у меня тут подготовлено. Но можно я своими словами? Меня, наверное, поругают за это…». Плакали, не стесняясь, все…

Я.Розова― Над чем плакали?

О.Зубкова― Это же фильмы короткий метр, ролики совсем коротенькие — минутные, 30-секундные — фильмы 10–15-минутные документальные, художественные игровые о современных героях — без пафоса говорю — просто о людях не критиканах, а которые, видя какие-то проблемы, берут встают и делают. И уже декларируют результаты в своих фильмах или, что попытались они сделать. И это не только документальное кино с места событий. Это отсылка к каким-то прошлым, может быть, историям.

Я.Розова― Приведите пример хотя бы одного сюжета.

О.Зубкова― Вот молодой совершенно режиссер из Узбекистана, к сожалению, не помню сейчас имя фамилию парня, он снял фильм под названием «Мама». Фильм о том, что еще оккупация где-то, еще не везде освободили территории от фашистов. Вторая мировая война. И в Узбекистан привозят детей, который остались без родителей или которые пока не нашли своих родителей. И там бригада женщин. У этой бригады есть бригадир. И председатель колхоза, списанный мужчина, который, видимо, просто не может больше воевать.

Ну, мы так себе фантазируем историю. И этому бригадиру — там всем раздали детей — и ей тоже дают четырех детей. Художественный короткий фильм. Она к этим детям ну так… полуотстраненно. Она занята, у нее большая работа. Но как-то она садится, открывает альбом и говорит: «Вот этот — тот-то. Этот — тот-то…». Оказывается, что у нее четыре сына. И на трех, видимо, уже пришли похоронки. И дети это понимают, потому что она показывает ордена.

Я.Розова― Своих, родных.

О.Зубкова― Родных детей. И дети спрашивают: «А у вас почему ордена?» — «У нас так: убили — и ордена дома теперь». И мы понимаем, что трех сыновей уже убили и остается один, самый младший, который где-то воюет. И приходит председатель колхоза, жмется, трется, мнется. У него что-то в кармане. Он просит ее принести воды. Она идет и понимает — что-то случилось. Он достает эту похоронку. Она пытается беззвучно там кричать, чтобы детей не испугать. В конце концов, у нее все это прорывается. К ней подходит девочка и говорит: «Что ты плачешь?» Она спохватывается, что у нее тут маленькие дети и говорит: «Ничего. Как тебя зовут?» Она, — условно, говорит: «Таня» Она говорит: «Тания». И остальные подходят, и она их переназывает как бы на своем языке. И говорит: «Вы мои дети».

Вот рыдал, честно вам говорю, просто весь зал. Ни национальности, ни страны… Там же сидело очень много дипломатических работников из разных стран, разного статуса. Весь зал был полный. Правда, рыдали просто не стеснялись.

Я.Розова― Это в один день происходит?

О.Зубкова― Это было в один день. Это было по 1.20 два сеанса, потому что еще было открытие выставки. Я почему так подробно говорю, потому что по подобному принципу это будет все в штаб-квартире.

Я.Розова― А вы уже отсмотрели работы, которые будут представлены?

О.Зубкова― Мы по итогам 18-го проводили ретроспективу. А в этот раз по итогам 19-го года мы проводим ретроспективу. И все дело в том, что можно много говорить, что мы открыли эту площадку, сейчас все заходят, до нас никто нее заходил… Понимаете, так круто, когда ты просто создал прецедент, когда ты не только про свою страну говоришь, а ты создал прецедент, и 132 страны у нас в прошлом году послали свои работы.

Я.Розова― На кинофестиваль.

О.Зубкова― На кинофестиваль. Мы создали такую площадку публичной дипломатии.

Я.Розова― То есть это не только Россия.

О.Зубкова― Да вы что! Это вообще не столько Россия… Мы занимаем там какой-то сектор. Это 132 страны.

Я.Розова― И не постсоветское пространство.

О.Зубкова― Там и постсоветское пространство: Казахстан, Азербайджан, Украина, Молдавия.

Я.Розова― Но есть какая-то комиссия, которая отбирает работы?

О.Зубкова― Конечно, есть. Члены жюри, есть оргкомитет. Всё как у взрослых.

Я.Розова― Какая-то одна тема у всех фильмов или это не важно? Или просто тема добровольчества?

О.Зубкова― Вообще, тема социальных инноваций. Отражены, так или иначе, все цели устойчивого развития, потому что вся наша жизнь — это эти цели. И мир, и достойное образование, и ликвидация голода — и всё что угодно.

Я.Розова― Но вот я 20 февраля точно не смогу присутствовать не ретроспективе. Есть у кого-то…

О.Зубкова― Конечно, я вам…

Я.Розова― Нет, не лично мне, вообще всем.

О.Зубкова― Есть шансы теперь у тех, кого мы позвали, успели сделать визы.

Я.Розова― Нет, хорошо. А вообще по итогам потом общественности доступно?

О.Зубкова― Конечно, это у нас всё на сайте.

Я.Розова― Куда нужно заходить?

О.Зубкова― lampa.film, по-моему, ru…

Я.Розова― И все работы там выложены.

О.Зубкова― Да, если просто набрать в поисковике: «Кинофестиваль «ЛАМПА». Всё выложено. В этом году нас Министерство культуры Российской Федерации включило официально в список международных кинофестивалей. В 20-м году растем, множимся.

Еще я бы сказала, что это кинофестиваль все-таки первый и единственный в мире на тему добровольчества и социальных инноваций. На самом деле не было такого. Мы не думали, что его нет, когда придумывали такую историю. Мы просто думали, что встроим такую компоненту в наш Международный форум добровольцев. А оказалось, что площадки нет. Поэтому нас завалили работами. 3 400 с чем-то работ пришло в прошлом году. Мы их полгода отсматривали.

Я.Розова― Ух, ты! И сколько осталось?

О.Зубкова― Осталось 57, по-моему, в шорт-листе. 20 было победителей. А показать мы, к сожалению, в штаб-квартире сможем только на час. У нас же там еще выставка. Выставка «Ярче, чем в кино». Кто не успел, или не смог -будет 2 недели по QR-кодам смотреть эти фильмы. Выставка будет доступна для всего ООН. Церемония у нас проходит. В Перми у нас топовые уже актеры подвинулись. И Саша Петров и Юра Борисов, они все у нас члены…

Я.Розова― Что, с прямой трансляцией или все-таки…?

О.Зубкова― В это году мы очень надеемся, что будет прямая трансляция, поэтому в этом году мы будем проводить на территории очень технологичной, с которой сможем вывести и запись, и эфир с этой всей истории.

Я.Розова― Я искренне желаю вам удачи во всем. Как здорово, что вы нашли друг друга, я имею в виду компанию Philip Morris и ассоциацию «Тетрадку Дружбы». Ольга Зубкова, президент ассоциации «Тетрадка дружбы», организатор уникального международного кинофестиваля социального видео «ЛАМПА»; Ирина Жукова, директор по корпоративным программам и устойчивому развитию аффилированных компаний Philip Morris International в России.

О.Зубкова― Спасибо большое!






Распечатать